В медиации нет побежденных и проигравших

Сергей Александрович Большаков является медиатором 2015 г. За это время с его участием заключены десятки медиативных соглашений. 

Предлагаемое вашему вниманию интервью позволит получить более полное представление о медиации в строительстве в Беларуси.

Большаков Сергей

юрист, медиатор

1992Shape 1 copy 6Created with Avocode.

— Спасибо, что нашли время с нами пообщаться. Хотелось бы начать со стандартного вопроса: Вы действительно медиатор?

— Медиатор — это не защитник, не судья, не обвинитель, не арбитр, не консультант, не советчик и не переносчик информации, а независимое, нейтральное и беспристрастное физическое лицо, выбираемое сторонами спора, которое помогает сторонам самим найти решение в ходе обсуждения их конфликта.

Юридически я действительно являюсь медиатором, а фактически становлюсь им исключительно в случаях необходимости урегулирования конфликтных ситуаций и поиска выхода из, казалось бы, безвыходных ситуаций.

— Расскажите, пожалуйста, о сущности медиации.

— Медиация — это альтернативный метод разрешения споров, в котором третья независимая сторона — медиатор, помогает сторонам, вовлеченным в спор, в поиске взаимно удовлетворяющего, жизнеспособного решения, отражающего их интересы. Основным отличием медиации от других видов споров с участием третьей стороны является отсутствие у медиатора полномочий на вынесение решений. 

Стороны в медиации совместными усилиями вырабатывают решение, которое отвечает их интересам. Решения, принимаемые в результате процедуры медиации, должны лежать в рамках права, но при этом процедура медиации не является правоприменительной, право в ней лишь используется. 

Медиация — это достаточно гибкий и демократичный способ разрешения споров, основанный на добровольном участии сторон, создающий в то же время условия для контроля не только за процессом выработки решения, но и, что самое главное, за качеством этого решения, гарантируя сторонам полную конфиденциальность, обеспечивая сохранность репутации и возможность конструктивного партнерства в будущем. 

Медиация позволяет найти решения, в которых нет побежденных и проигравших. Она стремится к консенсусным решениям, максимально отражающим интересы и потребности всех сторон, участвующих в споре, что создает возможность выигрыша для всех. 

— Приведите, пожалуйста, пример, когда с Вашим участием удалось урегулировать, казалось бы, очевидно неразрешимый без участия суда спор.

— Тривиальный спор о наличии задолженности одной стороны перед другой вылился в желание взыскателя получить еще и штрафные санкции. Должник всеми своими действиями и высказываниями давал понять, что даже по решению суда платить не собирается.

Стандартная и простейшая по сути ситуация привела к взаимной неприязни и нежеланию слышать друг друга.

Благодаря тому, что в договоре на этапе его заключения стороны определили медиативную ссылку, они обратились к медиатору.

Уже на первой встрече стало ясно, что у сторон имеется общий интерес урегулировать спор, от которого они уже даже начали уставать.

В ходе медиации стороны при помощи медиатора самостоятельно пришли к взаимовыгодному решению — они создали совместное предприятие и в настоящее время выпускают конкурентоспособную и прибыльную продукцию. О санкциях и речи не идет!

— Как давно Вы начали заниматься медиацией на профессиональном уровне?

— Мне кажется, что, если бы не было медиации, ее нужно было выдумать. С первого дня начала реализации Закона Республики Беларусь от 12.07.2013 № 58-З «О медиации», работая руководителем юридической службы в крупной строительной компании, я понял, что необходимо найти способ договариваться и не доводить спор до суда.

Моя практика показала, что решение споров через суд — очень затратное занятие: и психологически, и финансово, и по времени.

Уволившись из названной компании, я начал практиковать свои навыки и организовывать проведение медиаций для нуждающихся в такой процедуре. Очевидно, что всегда приходится много разъяснять преимущества медиации, но в результате все оказываются удовлетворены ее итогом.

— Может ли сегодня медиатор иметь достойный ежемесячный доход и не заниматься другими видами деятельности и какие обязательные платежи необходимо удерживать из такого дохода?

— Я полагаю, что человек, который хочет зарабатывать медиатором, никогда большого дохода иметь не будет. Медиацией, по моему мнению, необходимо заниматься, желая помочь другим решить конфликтный спор.

И только став эффективным помощником другим, можно надеяться на стабильный и даже высокий доход.

Деятельность медиатора не носит коммерческого характера, не является услугой. Поэтому не приходится говорить и о доходах, которые могли бы быть объектом налогообложения.

Медиаторы не являются штатными работниками организаций, обеспечивающих проведение процедуры медиации, а также не состоят в гражданско-правовых отношениях в этих организациях. 

В противном случае это бы шло вразрез с установленным Законом принципом независимости. Ведь существовали бы мощные рычаги воздействия на наемных работников, в данном случае — на медиаторов. 

При таких обстоятельствах о принципе независимости медиаторов не могло бы быть и речи, поскольку медиаторы были бы подчинены администрации организации, обеспечивающей проведение процедуры медиации, в списках которой они состоят, и материально от нее зависимы.

Вместе с тем следует все же обратиться к действующему законодательству Республики Беларусь, регулирующему порядок уплаты страховых взносов и взносов в Фонд соцзащиты.

Данный порядок регулируется Положением об уплате обязательных страховых взносов, взносов на профессиональное пенсионное страхование и иных платежей в бюджет государственного внебюджетного фонда социальной защиты населения Республики Беларусь, утвержденным Указом Президента Республики Беларусь от 16.01.2009 № 40 «О Фонде социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты».

В соответствии со ст. 7 Закона Республики Беларусь от 31.01.1995 № 3563-XII «Об основах государственного социального страхования» обязательному государственному социальному страхованию подлежат граждане, работающие по трудовым договорам, гражданско-правовым договорам, предметом которых являются оказание услуг, выполнение работ и создание объектов интеллектуальной собственности, у юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и частных нотариусов, а также на основе членства (участия) в юридических лицах любых организационно-правовых форм.

Вышеуказанные взносы уплачиваются только тогда, когда организация является для работника работодателем, то есть когда между организацией и работником заключен либо трудовой договор, либо договор гражданско-правового характера.

Что касается соглашения, заключаемого между сторонами (если одна из них или обе являются юридическими лицами) и медиатором на проведение медиации, то, поскольку данное соглашение не относится к гражданско-правовому договору, предметом которого является оказание услуг, на основании изложенного выше соответственно с вознаграждения медиатору не уплачиваются страховые взносы и взносы в Фонд соцзащиты.

— Можно ли вкратце описать сценарий процесса медиации: выделить подходы, стадии, обязательные процедуры?

— Медиация — это метод и одновременно технология разрешения спора. Это четко структурированный процесс, состоящий из нескольких фаз или шагов. Каждая фаза имеет свои границы и преследует определенную цель. 

Обязательной составляющей процедуры медиации является вступительное слово медиатора, в котором сторонам должна быть разъяснена суть самой процедуры и ее течение, а также роль медиатора и сторон. 

Во вступительном слове медиатор рассказывает об основных принципах медиации — добровольности, прозрачности для участников, конфиденциальности процедуры. 

Медиатор объясняет сторонам свою роль в процедуре как третьей нейтральной, беспристрастной стороны, помогающей в достижении взаимовыгодного жизнеспособного соглашения. 

Кроме того, на первой фазе медиатор передает ответственность за конечный результат самой процедуры и качество выработанного решения сторонам, поскольку он не принимает решения по спору, а лишь содействует сторонам в его выработке.

— Сколько медиаций в среднем Вы проводите в месяц? Популярна ли эта процедура?

— Я не стремлюсь к количеству медиаций. Как я отметил выше, важен результат. Обычно в месяц проводится две серьезные и требующие психологического напряжения (как моего, так и сторон) медиации.

Конечно, спрос рождает предложение, но, повторюсь, моя цель — эффективное проведение процедуры, итогом которой является сохранение хороших партнерских связей между сторонами и их развитие на будущее.

В ряде случаев я честно говорю сторонам об отсутствии перспектив в медиации с моим участием при разрешении их спора. Это в основном случаи, когда одна из сторон уже не видит вариантов решения своих проблем кроме ничем не прикрытого обмана. Медиатор еще при первом знакомстве со сторонами видит их цели. Если стороны хотят найти компромисс и решить конфликт, идя на взаимные уступки, то у нас все получится!

— Привлекает ли суд сегодня внешних медиаторов? Есть ли у Вас такой опыт?

— К сожалению, я с таким не сталкивался, и даже скажу больше: в ряде случаев судьи вообще не понимают, зачем нужна медиация, и не всегда соглашаются с предложением одной из сторон «уйти в медиацию». Вместе с тем отмечу, что в последнее время ситуация существенно меняется.

— С какими трудностями сталкивается медиатор, приступая к конкретному делу?

— Основной трудностью для меня на начальной стадии медиации является настроенность сторон на отстаивание своих интересов без учета интересов другой стороны, подкрепленная их опытом судебных разбирательств.

Видимо, по причине нашего лидерского воспитания первичным в разрешении спора стороны признают в максимальной степени решение своих проблем, а проблемы других их не интересуют. Именно такая установка приводит к неразрешимости на начальном этапе конфликта.

Бывают такие случаи, когда одна из сторон готова разрушить свою жизнь, свой собственный бизнес и нанести себе ущерб только из желания навредить другой стороне. Однако это тупиковая позиция.

Но даже в такой ситуации, когда человеку необходимо в какой-то степени взять реванш, показать другой стороне, насколько непорядочно она себя повела, пристыдить, полностью отказываться от медиации нецелесообразно.

Конечно, такое поведение — это прежде всего эмоциональный аспект конфликта, и он очень важен. Сторона, готовая на судебное разбирательство ради того, чтобы «потрепать нервы бывшему партнеру», должна дать выход эмоциям.

Я полагаю, что в процедуре медиации значимым является искреннее принесение извинений, выражение сожаления одной стороны по отношению к другой.

В данном случае медиатору, участвующему в процедуре, очень важно найти правильный подход к сторонам, для того чтобы сделать возможным начало процедуры. 

По статистике, если стороны пришли на процедуру медиации добровольно и выразили согласие на нее, то успех достижения жизнеспособного соглашения обеспечен до 80 %.

— Какие же несомненные плюсы имеет медиация по сравнению с привычными способами разрешения споров?

— Несомненный плюс — это возможность для всех сторон спора услышать и быть услышанными. 

Возможность контролировать не только содержание выработанного решения, но и сам процесс его поиска. 

Возможность в результате разрешения спора не сжечь мосты, а построить их, чтобы на новом качественном уровне, если в этом есть необходимость, взаимодействовать в будущем. 

Разумеется, это добровольность участия самих сторон в разрешении спора, конфиденциальность всей информации, которой обмениваются стороны в процессе медиации, вплоть до конфиденциальности самого факта проведения процедуры. 

А результат — сохранение репутации спорщиков, минимизация их потерь, как финансовых, так и временных и эмоциональных.

— Как Вы считаете, можно ли привести к примирению стороны, если спор носит неимущественный характер? Был ли у Вас такой опыт?

— Медиация — это универсальный способ урегулирования спора вне зависимости от предмета спора.

Если говорить об отличиях в разрешении споров в различных сферах деятельности с помощью процедуры медиации, то очень часто можно услышать точку зрения, что при разрешении споров между хозяйствующими субъектами нет места проявлению каких-либо чувств или эмоций. На самом деле практика показывает обратное.

В любом споре участвуют люди и имеет место конфликт интересов. Там, где есть человеческий фактор, всегда присутствует эмоциональная окраска. Соответственно, очень важно не игнорировать эмоциональную составляющую спора и при всем прагматизме ведения бизнеса понимать, что попытка нивелирования эмоций и неудовлетворенных потребностей, очень часто являющихся глубинной и движущей силой конфликта, может стать причиной недолгосрочности и неисполнения решения.

Соответственно, можно говорить о том, что основные принципы ведения процедуры должны оставаться неизменными. Могут меняться лишь некоторые подходы и структура процедуры.

В моей практике таких споров немного по той причине, что я специализируюсь на корпоративных спорах. В порядке профессионального роста я участвую в разрешении трудовых споров и скажу, что результаты порой удивляют даже меня.

— Есть ли перспектива применения медиации по спорам с государственными органами?

— В Республике Беларусь, по моему мнению, высокообразованные и идущие на контакт работники органов государственного управления. В случае их согласия я готов организовать проведение такой процедуры.

Ваш вопрос привел меня к мысли, что именно процедура медиации для органов государственного управления могла бы стать эффективным инструментом разрешения споров с «профессиональными» жалобщиками.

— Если бы Вы сами были участником спора, хотели бы разрешить его в рамках медиации?

— Как вариант, конечно, да. 

— И все же, есть ли у медиации будущее в Беларуси? Будет ли данный институт развиваться, по Вашему мнению?

— В случае, если государство посчитает, что это ему выгодно, медиация станет очень распространена и будет применяться во многих сферах жизнедеятельности.

В ином случае развитие медиации будет зависеть от самих медиаторов, их нацеленности на потребности сторон и популяризации такого института, как медиация.

По моему мнению, медиация в ближайшие годы обретет достойное место в белорусской правовой культуре и в деловом обороте нашей страны. 

Сегодня я вижу, что интерес к медиации распространился уже на средний уровень юридического сообщества. Это хорошо заметно по тому, как возрос спрос на обучение медиации со стороны адвокатов, корпоративных юристов, а также по предложению услуг медиации различными организациями. Я уверен, что в ближайшее время должное внимание медиации будет уделено и со стороны предпринимательского сообщества, тем более что сейчас, в условиях кризиса, малый и средний бизнес оказался в ситуации, когда такие инструменты, как медиация, порой становятся той единственной «соломинкой», которая позволяет им сохранить бизнес.

1992Shape 1 copy 6Created with Avocode.